Первомайский контроль


П.Совиньски

(Эта статья была опубликована на польском языке в журнале «Карта» № 25 за 1998г. Оттуда же были взяты фотографии с первомайской демонстрации. Текст печатается с сокращениями. Перевод с польского Л.Бахуриной).


 

Перлюстрация возникла и существовала не только в России.

Она – явление поистине интернациональное. Ее задачи одинаковы во всем мире – отыскать и не пропустить информацию, которая, по мнению цензоров (имеющих определенные инструкции), не должна стать достоянием гласности.

Надпись на плакате: Тадеуш Костюшко - борец за свободу и права польского народа

Надпись на плакате: Тадеуш Костюшко - борец за свободу и права польского народа

Немногие события лучше, чем Первое мая, обнажают принудительный характер сталинской системы.

Многочисленные свидетельства этого остались в бумагах Центрального архива польского Министерства внутренних дел и администрации.

Перлюстрация, или цензура, корреспонденции началась еще

во времена «люблинской» Польши.

15 октября 1944 года по приказу Главнокомандующего Войска Польского Михала Роли-Жимерского был создан Отдел военной цензуры; в то же самое время возникли и первые органы цензуры гражданской. Несмотря на трудности военного времени, один только Отдел гражданской цензуры, вошедший в состав образованного в конце 1944 года Министерства общественной безопасности (МОБ просуществовало до декабря 1954 года), мог отрапортовать начальству, что в первый период своей деятельности (октябрь 1944 – май 1945) прочел почти 4,5 млн писем. К концу 1946 года удалось охватить цензорским оком почти всю страну, а штат Управления цензуры и его региональных отделений увеличить до восьмисот человек.

Кроме того, что эти люди осуществляли контроль за корреспонденцией, они еще вскрывали посылки, прослушивали радиопередачи и телефонные переговоры. Конечно же, цензоры прибрали к своим рукам корреспонденцию и прессу, поступающие из-за границы. Найденную в почте иностранную валюту передавали в государственные банки.

В донесениях цензоров внимание обращено на необходимость сортировки писем прямо в почтовых отделениях – для удобства работы конкретных подразделений цензурного надзора. Частые ревизии почтовых учреждений должны были стать гарантией того, что поток корреспонденции своевременно и в полном объеме поступит в пункты проверки.

Доступные нам донесения проливают некоторый свет на дальнейшую судьбу писем. Подготавливаемые цензурой спецсводки (обычно в шести экземплярах) с тематическими подборками фрагментов писем ложились на стол шефа МОБ Станислава Радкевича и других высокопоставленных министерских чиновников госбезопасности. Можно подозревать, что по крайней мере часть их использовалась при вербовке агентов, «разработке» находящихся под наблюдением лиц, открытии новых дел. По данным отчета Отдела цензуры за 1945 год (видимо, слегка завышенным), чтобы снизить число ошибок и в то же время повысить бдительность цензоров, многие письма проходили повторную проверку. В 1947 году возник VII отдел II Департамента МОБ. Он занимался контролем корреспонденции в тот период, к которому относятся публикуемые «первомайские» фрагменты писем.

Надпись на плакате: Выполнение производственных планов- удар по поджигателям войны

Надпись на плакате: Выполнение производственных планов- удар по поджигателям войны

Приводимые в качестве примеров данные за 1949год содержат информацию, характеризующую примерно 12 млн обработанных писем– при том, что ежегодно в стране обращалось порядка 800 млн писем. В том году более 50 тысяч писем были признаны достаточно опасными, чтобы их изъять. Контроль за почтой не закончился вместе с эпохой сталинизма. На основании Организационного устава Министерства внутренних дел было образовано соответствующее Бюро «W». Оно просуществовало в структуре этого ведомства до 1990 года, хотя масштабы его деятельности были гораздо скромнее.


Варшава, 9 мая 1949 г. Совершенно секретно. Экз. № 4

Зам. министра общественной безопасности ген. Ромковскому

Информационная сводка № 22/49

Ниже приведены отрывки из некоторых писем, содержащие высказывания, связанные с первомайским праздником. Эти отрывки были выбраны цензорами и попали в информационную сводку.

№9736 – Варшава

...В эту минуту над нашими головами проносятся многочисленные эскадрильи самолетов, а по улицам движутся люди, которые возвращаются с праздничного шествия, достаточно многолюдного. Мимо наших окон едут довольно забавные и хорошо сделанные карикатуры на Трумэна, Черчилля, де Голля и пр., огромные, те самые, что были на демонстрации. Варшава здорово порозовела, первый раз в праздновании участвовала армия. Речи, которые мы слушали по радио, удивительно слабые, а нападки на церковь наполнены бессильной злобой оттого, что, несмотря ни на что, люди все сильнее тянутся к Богу, и в костелах народу все больше и больше, и активность католических деятелей не снижается.

Небо все утро было мрачновато-серым, как будто и небеса были недовольны тем, что творится тут у нас на земле. Но все же оно удержало надвигающийся ливень, не желая, наверное, ухудшать положение всех этих невинных жертв, и без того с раннего утра мерзнущих в летней праздничной одежде. (После вчерашней грозы здорово похолодало.) Теперь, когда уже все закончилось, на очистившемся небе засияло солнце.

А так как многие не смогли попасть на утреннюю мессу, во всех костелах служба начнется в семь вечера...

№ 2098 – Ольштын

...Первый день потратила впустую на первомайскую демонстрацию. Не поверишь, мама, сколько было народу. Буквально больно было смотреть на эти плывущие красные волны. Специально везде назначили сбор на 7–8 часов утра, чтобы никто не пошел в костел, но ничего у них не вышло, потому что во всех костелах литургию служили – включая специальную майскую – после обеда. У нас, например, в 7.30 вечера, и ксендз такую сказал замечательную проповедь – одна сплошная печаль о том, что у нас творится – крик души, мольба о помощи.

Знаешь, мама, я вернулась домой, взволнованная до глубины души...

№ 6142 – Люблин

...У нас в Люблине готовятся к Первому мая. Надо будет кричать «да здравствует», иначе плохо будет. Если музыка играет, значит, надо танцевать. Но теперь говорят: «пережили оккупацию, переживем и демократию»...

№ 2953 – Лодзь

...Весна народов. У нас сегодня большой и светлый праздник. Все пошли на демонстрацию. А кто дома остался, тот завтра, 2-го мая потеряет работу – на улицу и ни куска хлеба! Так что энтузиазм бешеный и народу тьма...

№ 2126 – Ольштын

Перед самой трибуной, в то время как другие кричали здравицы ПОРП, СПМ, Демократия, Социализм и СССР, мы крикнули здравицу нашей школе, вызвав веселье и аплодисменты публики и недовольство «красных» и «начальства», стоящего на трибуне. Кто-то пел в соответствии с моментом революционные песни, а мы – довоенные патриотические и харцерские или новейшие танго. В группе, с которой я шел, были только беспартийные ребята и безработные, и более десятка семинаристов. Наверное, этим и объясняется наша «радость» по поводу праздника труда...

№ 6187 – Люблин

Этот первомайский «субботник» всех нас доконает. Со вторым классом делай флажки и пиши на каждом «1 Мая». Разве ребенок с этим справится – значит, надо мне самой. Красные разбушевались. Уже со вчерашнего дня весь город разукрасили. Операция «О» – черт бы их всех побрал! Все на манифестацию. Даже первоклассники...

Информационная сводка № 24/49

№3027 – Лодзь

...Лодзь празднует. Празднует не для отвода глаз и не кое-как, а весьма всерьез. Я говорила с рабочими про 1 Мая. Идут все, и с таким энтузиазмом. Это тебе, мама, не интеллигент, который умничает и идет по принуждению! Например, тот, у которого я живу, говорил мне:

Конверт со штампом цензуры

Конверт со штампом цензуры

«Когда перед войной мы ходили, то никто не знал, вернется домой или нет. Теперь я иду, потому что это наш праздник, праздник рабочих».

Он не партийный и не особенно разбирается в политике, у него просто потребность пойти. Такой тщательной уборки, мытья и стрижки в этом доме я еще не видела. До меня доносятся звуки Интернационала. Красивая песня. Лодзь буквально утопает в красном и всяческих украшениях. О том, чтобы пройти по Петрковской, не может быть и речи. Улицы так запружены народом, что милиция с трудом прокладывает дорогу для демонстрантов. Говорят, что такого скопления народа в Лодзи еще не бывало. Я на демонстрацию не пойду, и никто меня не заставит. Я ведь нигде не состою, и за мной поэтому трудно проследить...

№ (нет) – Варшава

...Жаль, что тебя здесь не было. Это было феноменально. Я в первом ряду с красным флагом, победоносно поднятым к небу, с обожанием впиваюсь глазами прямо в тов. президента Берута... И так проплывали эти волны час за часом – целый день. А потом военный парад! Вот это сила!

№ 3207 – Гданьск

...Я в шествии не участвовала. Присутствие было не обязательным, а добровольцем я не вызывалась. Весь Гданьск был в красных сполохах, на каждом шагу развевались красные тряпки. Прямо смотреть было невозможно, глаза болели от всего этого блеска... Но демонстрация не удалась.

Никакого энтузиазма не было. У всех на лицах было написано: «Вы нам велели, вот мы и идем».

А у самой трибуны случилось происшествие, с одной стороны, скандальное, а с другой – даже какое-то волнующее, потому что, конечно, все время кричали «да здравствует Берут, Сталин», а тут вдруг как будто все воды в рот набрали. А сегодня по радио c самого утра говорили, что все вышли на демонстрацию с горячим желанием, что глаза у людей светились радостью. Какие они дураки, так врать, не моргнув глазом, ведь все знают, как на самом-то деле было...