Пермь. Музей ГУЛАГа

Пермь.Еще не так далеко ушли те времена, когда лагеря (особенно на Севере) встречались в России чаще, чем деревни. Но материальных свидетельств жестокой истории ГУЛАГа почти совсем не осталось. ГУЛАГ был деревянным. Лагеря в основном строились как сооружения временные – для выполнения какой-либо конкретной работы, когда же работа заканчивалась, лагерь переводили на новое место, а брошенные постройки быстро ветшали и догнивали. Строили их заключенные в спешке, подневольно и небрежно.

После смерти Сталина и последовавших за ней в 1953–1956 годах амнистий, помилований и реабилитаций большинство лагерей ГУЛАГа опустело.

В России практически не сохранились эти красноречивые свидетельства массового политического террора.

Тот лагерь, в котором сейчас создается мемориальный музей истории политических репрессий и тоталитаризма, лагерь ВС-389/36, или в обиходе «Пермь–36», – редкое и потому особо ценное исключение. Он возник еще в 1946 году и был невелик, как и большинство послевоенных лагерей страны, рассчитан всего на несколько сотен заключенных, которые в основном заготавливали лес и сплавляли его по реке Чусовой. После ликвидации многих лагерей этот лагерь уцелел. И не просто уцелел, но и хорошо сохранился, и вскоре его приспособили для содержания особых категорий осужденных: работников правоохранительных органов, совершивших уголовные преступления, высокопоставленных работников милиции, прокуратуры и КГБ, которых нельзя было держать в обычных лагерях (там их ждала неминуемая расправа уголовников). С 1972 года он был превращен в один из главных политических лагерей страны, и с этого времени началась особая эпоха в его истории. За последние два десятилетия существования СССР заключенными пермских лагерей для особо опасных государственных преступников (в единый комплекс входили три лагеря: ВС-389/35, ВС-389/36 и ВС-389/37) побывали многие известные в стране и за рубежом диссиденты. Это были те, кто с середины шестидесятых годов начал и, несмотря на репрессии, не прекращал идейную и правовую борьбу с коммунистическим государством. Среди известных имен такие, как Владимир Буковский, Сергей Ковалев, Юрий Орлов, Натан Щаранский, Глеб Якунин, и многие другие. Они и в лагерях под угрозой новых репрессий продолжали писать «антисоветские» публицистические статьи, литературные произведения и специальные профессиональные работы и даже ухитрялись переправлять свои сочинения из лагеря, чтобы публиковать их в Самиздате или за рубежом.

В 1980 году при лагере «Пермь–36» было организовано отделение особо строгого режима. В этом отделении заключенных содержали, как в тюрьме – в небольших круглосуточно запертых камерах. Раз в сутки их выводили на прогулку в закрытые прогулочные дворики, но в отличие от тюрьмы заставляли работать (тоже в запертых камерах), а невыполнение нормы наказывалось карцером с урезанным пайком. Все арестанты имели, как правило, один и тот же срок наказания – 10 лет лагерей особого режима – и относились к категории «особо опасных государственных преступников». Это означало, что все они прежде уже были судимы и отбывали сроки в лагерях по обвинению «в антисоветской агитации и пропаганде».

Среди них были:

Леонид Бородин – русский писатель, ныне главный редактор журнала «Москва»;

Балис Гаяускас – участник литовского сопротивления, отбывший по первому сроку 25 лет и по вто-рому – 10;

Левко Лукьяненко – юрист, приговоренный в 1961 г. к расстрелу за то, что создал «антисоветскую организацию», которая ставила своей целью добиваться самоопределения Украины – права, предусмотренного конституцией СССР. Л.Лукьяненко отсидел в лагерях 25 лет. В 1992–1995 годы был послом Украины в Канаде;

Василь Стус – украинский поэт, выдвинутый в 1985 году на Нобелевскую премию в области литературы. В том же году В.Стус погиб в лагере особого режима «Пермь–36».

В течение лишь одного года – с осени 1984 по осень 1985 – в этом лагере погибли еще три правозащитника: рабочий Юрий Литвин, поэт и журналист Валерий Марченко, философ Олекса Тихий. Лагерь «Пермь–36» в последние годы существования коммунистического строя в СССР был единственным в стране лагерем особого режима для политических заключенных и самой страшной и тяжелой тюрьмой для них.

* * *

В течение 1987 года большинство политзаключенных в СССР были амнистированы и вышли на свободу. В стране остался лишь один политлагерь – «Пермь–35», в который свезли из ликвидированных лагерей тех заключенных, на которых не распространялась амнистия. В декабре 1987 года лагерь «Пермь–36» был закрыт. Большая часть его построек и сооружений была заброшена. Часть из них сознательно разрушили сотрудники лагеря. Разгром довершили местные жители, растащившие из бывшего лагеря все, что можно было. Какие-либо работы по сохранению этого уникального памятника как музея не только российской, но и мировой истории стали возможны только после 1991 года – после того, как окончательно (тогда казалось) рухнуло коммунистическое государство, КПСС и те карательные «ведомства», которые создавали этот лагерь. В 1992 году Пермское отделение международного «Мемориала» взяло брошенный лагерь под свою охрану, чтобы предотвратить его дальнейшее разрушение. Однако серьезные работы по его реставрации начались лишь с осени 1994 года, после того как Мемориальный музей был учрежден официально, была оформлена передача ему основных построек и сооружений бывшего лагеря и найдены первые средства для производства работ.

Камера в музее "Пермь-36"

* * *

Важным направлением работы музея является научно-исследовательская деятельность. Музей начал создаваться еще тогда, когда сами проблемы истории политических репрессий и ГУЛАГа были практически не изучены, а со второй половины 80-х годов эти темы были в центре внимания больше публицистики, чем научных исследований (до того по понятным причинам исследований быть не могло). С целью установления деловых и научных связей с учеными, занявшимися этой проблематикой, и координации их деятельности начиная с 1992 года Пермское отделение «Мемориала», а с 1994 года и Мемориальный музей истории политических репрессий и тоталитаризма ежегодно проводили научно-практические конференции, посвященные тоталитарной и репрессивной истории. В работе этих конференций приняли участие десятки исследователей из разных регионов страны от Калининграда до Магадана и из-за рубежа. К настоящему времени музей имеет прочные партнерские отношения со всеми ведущими исследовательскими центрами, а также исследователями в России и странах ближнего зарубежья, которые занимаются схожими темами. С наиболее авторитетным из них – научно-информационным и просветительским центром (НИПЦ) международного «Мемориала» – музей осуществляет совместные исследовательские и просветительские проекты. Сотрудники НИПЦ участвуют как в концептуальных разработках Мемориального музея, так и в изучении конкретных тем, интересующих музей, а также в сборе материалов по этим темам. Созданный в 1992 году при Пермском «Мемориале» научно-исследовательский центр «Урал-ГУЛАГ» (после учреждения в 1994 году Мемориального музея ставшим его структурным подразделением) выявлял круг возможных и доступных источников по истории политических репрессий как на Урале, так и в Москве. В настоящее время научные сотрудники музея заняты разработкой таких тем, как «Политические репрессии и пенитенциарная система на Урале с первых лет советской власти и до создания ГУЛАГа», «Лагеря и колонии эпохи ГУЛАГа на Урале», «Репрессии на Урале в 30-х – 50-х годах», «Пермские политлагеря». По каждой из тем выявляются и собираются экспонаты и материалы, создаются компьютерные базы данных, производится сбор материалов по программе «Устная история». Научно-исследовательская группа музея совместно с ведущими коллегами из НИПЦ Международного «Мемориала», исследователями и активистами «Мемориалов» различных регионов страны и учеными других исследовательских центров и групп разрабатывает концепцию генеральной экспозиции музея, которая будет демонстрироваться после окончания работ по реставрации и восстановлению построек и сооружений участка строгого режима. Эта экспозиция разместится на площади свыше 2 тысяч квадратных метров и будет отражать основное содержание репрессивной политики в стране с 1917 года. Предполагается, что она будет посвящена положению человека в тоталитарном мире – не только осужденного и брошенного в концлагерь, но и того молчаливого большинства населения страны, которое, не попав под жернова репрессий, отдало служению этому государству (а чаще – подневольной работе на него) всю свою энергию, силы, энтузиазм, а порой и жизнь.

Лестница на вышку

* * *

Музей ГУЛАГа должен быть не просто иллюстрацией репрессивной истории, он должен стать музеем трагедии. Трагедии судеб десятков миллионов жертв репрессий и ГУЛАГа. Трагедии жизни сотен миллионов, живших в СССР и во всем «социалистическом лагере». Трагедии превращения идеалов «самого справедливого общества» в самый бесчеловечный за всю историю образ жизни громадной страны. На фоне этой величайшей трагедии в генеральных экспозициях музея должны найти свое отражение сила духа и сопротивление, которое никогда – ни явное, ни скрытое – не прекращалось в стране и в конечном счете привело к окончательному краху коммунистического тоталитаризма в СССР. Эти мотивы уже сейчас являются ведущими в просветительской деятельности, которую разворачивает музей. Ориентируясь на самые широкие слои населения, музей делает особый упор на работу с молодежью. На нее, более чем на других, ориентированы музейные издания, выставки, экскурсии.

* * *

В 1999 году при музее начата закладка Мемориального парка, в котором любой из посетителей с помощью наших сотрудников может посадить дерево в память своих родственников – жертв ГУЛАГа. На территории парка разместятся экспонаты, привезенные из различных гулаговских регионов страны: Колымы, Норильска, Воркуты и других. Музей ГУЛАГа является музеем негосударственным, а это означает, что он не имеет стабильных, надежных и гарантированных источников своего существования и развития. С 1995 года музей частично финансируется из бюджета Пермской области, но в силу того крайне тяжелого положения, в котором находится сейчас вся экономика России и прежде всего ее бюджетная сфера, это финансирование не может быть большим. В то же время многие местные предприятия помогают музею, передавая ему бесплатно или продавая по низким ценам материалы и оборудование. Благодаря этому музей создал собственную производственную базу по переработке древесины, в том числе небольшую лесопилку (восстановили старую, еще лагерную) и комплекс столярного оборудования. Собственная производственная база не только значительно удешевляет работы по реконструкции будущих экспонатов музейного комплекса, но и позволяет заработать средства на реализацию некоторых программ. В последние годы музей начал получать финансовую поддержку различных международных благотворительных фондов и организаций: Института «Открытое общество» (Фонд Дж.Сороса), программы ТАСИС, Фонда развития еврейских общин (США), Фонда Ч.С.Мотта, Фонда Г.Джексона, NED и некоторых других. Наибольшую, постоянную и последовательную финансовую поддержку музею начиная с 1997 года оказывает Московское представительство Фонда Форда. Благодаря этим фондам музей имеет возможность успешно реализовать некоторые свои проекты, прежде всего просветительские.

В декабре 1998 года конференция Международного общества «Мемориал» приняла специальную резолюцию, согласно которой создание музея ГУЛАГа становится делом не только Пермского, но и всего международного «Мемориала».

Музей приобретет международный статус и значение международного мемориального центра истории политических репрессий и тоталитаризма.

Виктор Шмыров,директор музея «Пермь–36»

Вышка в лагере «Пермь–36»