Мемориальный комплекс в память пострадавших в годы репрессий. Фото Д.Напалкова

Сыктывкар. Опыт организации частных «мемориальских» музеев

В создаваемом мной «Музее самиздата» при «Мемориальном музее-квартире Р.И.Пименова» я комплектую также библиотеку по правозащитной и просветительской тематике. Эта библиотека неофициально функционирует уже сейчас для членов нашего общества «Мемориал» и активистов-общественников.

16 мая 2001 года исполнится 70 лет со дня рождения Револьта Ивановича Пименова. В этот день, как обычно, пройдут «Пименовские чтения».

В 1999 году мы провели первый конкурс, темой которого стала история семьи. На конкурс поступило 124 работы. Большинство из них от учащихся школ. Самое поразительное во всех этих работах то, что нет почти ни одной семьи, ни одного рода, в которых не было бы по- страдавших от политических репрессий при большевистском режиме. Изучение истории семей, исследование и составление генеалогического дерева напрямую связано с задачами и деятельностью членов общества «Мемориал».

На открытии памятника жертвам репрессий в Сыктывкаре. 2000 г. Фото Н.Напалкова

Обстоятельства моей жизни сложились так, что я (неожиданно для самого себя) стал собирателем фондов и организатором сразу трех частных музеев «мемориальского» направления. Прежде всего это «Музей-усадьба раскулаченного крестьянина»; во-вторых, «Мемориальный музей-квартира Револьта Ивановича Пименова» в Сыктывкаре и, в-третьих, «Музей самиздата».

«Музей-усадьба раскулаченного крестьянина» – это жилой дом моих родителей в селе Помоздино в верховьях реки Вычегда. В 1935 году мою семью раскулачили: конфисковали дом и все имущество, и на протяжении 60 лет в этом доме размещалась начальная школа.

Михаил Игнатов, Юлий Даниэль, Анатолий Кринский – самиздатчики 60-х – 80-х гг. Фото М.Игнатова

За это время здание пришло в аварийное состояние, и школу перевели в другое место, а дом «безвозмездно» передали мне как «законному наследнику и лицу, пострадавшему от политических репрессий». Так как у меня есть квартира, я решил создать на базе этого дома «Музей-усадьбу раскулаченного крестьянина», где, кроме предметов быта и хозинвентаря, будут располагаться общедоступная библиотека и архив материалов по истории Помоздинской волости. На протяжении многих лет я собирал предметы крестьянского быта, литературу и архивные материалы по истории своего родного края, для того чтобы после завершения капитального ремонта и обустройства разместить все собранное в родительском доме.

К сожалению, средств на эти работы у меня пока нет, но со временем они, думаю, отыщутся и музей будет открыт для всех желающих.

Я убежден в том, что предметы и документы, собранные в этом музее, будут играть большую просветительскую роль и могут быть использованы исследователями, краеведами, учащимися и просто жителями нашей волости как первоисточники при изучении истории Коми края.

В конце 70-х годов я познакомился с Револьтом Ивановичем Пименовым, который в то время находился в ссылке в Сыктывкаре. Мы стали обмениваться самиздатскими материалами и на этой почве подружились. В годы перестройки он стал лидером и организатором «мемориальского» движения в Коми крае, в 1989 году был избран депутатом Верховного Совета РСФСР. К сожалению, он скоропостижно скончался в конце 1990 года. Вдова и сын его через два года переехали в Петербург. Я купил у них двухкомнатную квартиру и переехал туда на постоянное жительство из Петербурга. Большое предметов быта, книг и архивных материалов, принадлежавших Револьту Ивановичу, оставшихся в этой квартире, досталось мне как бы по наследству. Поэтому у меня возникла идея организовать «Мемориальный музей-квартиру Р.И.Пименова». Музей этот по сути дела уже существует и довольно активно функционирует. В этой квартире мы, мемориальцы, близкие товарищи, сотрудники и единомышленники, периодически собираемся, здесь же мы проводим «Пименовские чтения». Материалы чтений были опубликованы во 2-м номере журнала «Общее дело», редакция которого тоже располагается в этой квартире. Здесь же размещаются правления общественных объединений «Коми земское движение» и «Сыктывкарское родословное общество “Ордпу”», которые были организованы по моей инициативе. Я был избран руководителем этих объединений. К сожалению, из-за отсутствия средств «Музей-квартира Р.И.Пименова» пока что не оборудована должным образом, фонды этого музея пока хранятся в коробках и ящиках, и мы вынимаем их лишь для показа на различных выставках. Выставка «10 лет Сыктывкарскому “Мемориалу”», прошедшая в конце 1999 года в Национальном музее Республики Коми, на 90 процентов была составлена из материалов, хранящихся в фондах «Мемориального музея-квартиры Р.И.Пименова».

Начиная с середины 60-х годов я активно собирал материалы самиздата и «тамиздата», храня их в тайниках в разных местах.

На почве самиздатской деятельности я был лично знаком и общался со многими видными диссидентами-самиздатчиками: Иосифом Бродским, Юлием Даниэлем, Игорем Губерманом, Юрой Гастевым, Револьтом Пименовым и многими-многими другими, обменивался с ними литературой. Кое-какие раритеты, доставшиеся мне от них, сохранились в моем архиве, а точнее в фондах «Музея самиздата», который я собираюсь организовать и открыть в одной из комнат «Музея-квартиры Р.И.Пименова» в Сыктывкаре.

Фонды этого музея уже сейчас насчитывают свыше тысячи единиц хранения. Как известно, слово «самиздат» – это новояз советского периода. Однако само явление неподцензурной и оппозиционной мысли по отношению к господствующей идеологии и власти существует в России много веков. В результате целенаправленных многолетних поисков мне удалось обнаружить и собрать несколько десятков рукописных и старопечатных книг старообрядцев, которых в фондах библиотеки моего «Музея самиздата» насчитывается свыше сотни различных названий. Кроме письменного самиздата, я собирал также музыкальный самиздат (магнитофонные записи Высоцкого, Галича, Окуджавы, Алмазова) и картины некоторых художников-авангардистов. Фотографии дореволюционного и довоенного периодов затруднительно отнести к разряду самиздатских материалов, но среди них есть значительное количество «репрессированных» фотокарточек, на которых замазаны или отрезаны лица людей, подвергшихся позднее политическим репрессиям. Эти снимки, несомненно, можно смело отнести к категории «мемориальских», и таких снимков в фондах «Музея самиздата» имеется несколько десятков.

Все эти материалы, которые я собирал на протяжении почти 40 лет, несомненно, имеют историческую, научную и даже художественную ценность. Приходится решать вопрос, кому и на каких условиях их передать. Мне хотелось бы передать их в собственность Правления Сыктывкарского «Мемориала», но наша организация настолько бедна, что не в состоянии оплачивать даже коммунальные услуги за квартиру, где я нынче живу и храню все эти фонды. Хотелось бы, чтобы представители Правления Международного «Мемориала» помогли решить этот вопрос.

Должен сказать, что фонды «Музея самиздата», хранящиеся у меня, не лежат мертвым грузом, а активно используются в просветительской деятельности «Мемориала». Начиная с 1993 года были подготовлены и проведены уже три выставки по теме «Самиздат в Коми крае». Много раз я выступал с лекциями по этой теме в разное время в различных аудиториях, по радио и на телевидении, многие материалы публиковались в республиканских газетах и журналах. Однако само помещение «Музея самиздата» никак не оборудовано для постоянной экспозиции и создания рабочей обстановки для исследователей – оно заполнено коробками, ящиками и свертками с музейными материалами и похоже на камеру хранения, а не на музей. Причина все та же – отсутствие минимальных средств. Получается, что сидишь на ящиках с ценностями, а чтобы выставить их на всеобщее обозрение и предоставить возможность исследователям использовать их, не хватает средств на простейшие полки и витрины, не говоря уж о сайте в интернете.

Мой рассказ об опыте организации частных провинциальных музеев «Мемориала» получился достаточно грустный, но все же не безнадежный. Имеется уже прочная основа для осуществления всех трех проектов – достаточно богатые фонды и материальная база, то есть помещения, где они могут быть размещены для хранения и использования в деле духовного просвещения людей. И я надеюсь, более того, почти уверен, что найдутся средства и возможности для преодоления теперешних трудностей.

 

Михаил Игнатов