п р е м и я МИРА


Оснабрюк – это небольшой старинный немецкий город, расположенный в Нижней Саксонии.

Очень живой и яркий город, который гордится тем, что у него есть несколько городов-побратимов в разных странах. В России побратимом Оснабрюка уже больше десяти лет является Тверь. Города даже обменялись «посланниками»; в Оснабрюке живет посланник Твери – 22-летняя девушка, которая выиграла это место по конкурсу. Она налаживает общественные, гуманитарные и деловые связи между двумя городами. Так что слово «Тверь» в Оснабрюке все знают, и многие оснабрюкцы там побывали. А в Твери выстроен отель «Оснабрюк» (говорят, лучший в городе).

Знаменит Оснабрюк тем, что в 1648 году, после тридцатилетней войны, в нем был заключен Вестфальский мир, – именно поэтому он считается в Германии городом мира. И кто знает, может быть, уроженец Оснабрюка всемирно известный писатель Эрих Мария Ремарк стал пацифистом не только в силу собственного фронтового опыта Первой мировой. Может быть, хотя бы отчасти, на Ремарка повлияли и исторические традиции города, где он родился.

Оснабрюк очень гордится своим знаменитым гражданином, и в 1991 году учредил премию Мира имени Эриха Марии Ремарка, которая присуждается раз в два года по двум позициям: персональная и для организаций.

В нынешнем году лауреатом этой премий стал Международный «Мемориал».

Премии вручаются от имени города, но жюри состоит не только из жителей Оснабрюка. Кроме городского обербургомистра, в него входят журналисты, ученые, деятели культуры, пользующиеся в Германии уважением. Например, сейчас членами жюри являются один из крупнейших современных историков Ханс Момзен, замечательный публицист Хайнц Людвиг Арнольд, журналистка Леа Рош. Председатель жюри – президент местного университета.

Как сказано в положении о премии, она присуждается за выдающиеся достижения в области культурной, научной и общественной деятельности, за миротворчество в самом широком смысле этого слова. Так что ее присуждение – знак нашей реальной известности в Германии.

Это не первая наша международная премия. Но эту премию лично я ощущаю как очень символичную, очень «мемориальскую».

Символично название «Премия Мира» – ведь наша организация известна в стране и за рубежом как антивоенная, да и основана была в первую очередь для сохранения памяти о жертвах государственного насилия, истребительной войны власти против народа.

Символично, что эта премия носит имя Ремарка. Вспомните, что значило это имя для России, особенно для людей моего поколения, чья юность пришлась на 1950–1960-е годы. Вспомните, за что ругали Ремарка советские критики: за «абстрактный» и даже «буржуазный» гуманизм. Вот мы в нашей общественной активности тоже пытаемся быть «абстрактными гуманистами», сочетать гуманизм с гражданственностью.

Символично, что первым лауреатом этой премии в 1991 году стал Лев Копелев. Копелев – бывший советский политзаключенный, писатель, литературовед, германист, близкий друг Генриха Белля, известный диссидент. В ноябре 1980 года его вынудили уехать из СССР, а когда он оказался за границей – лишили советского гражданства. Он поселился в Германии и стал здесь необычайно значимой фигурой. В глазах миллионов (без преувеличения) немцев Копелев олицетворял связь между российской и немецкой культурой. В общем, тоже абстрактный гуманист. Ну, а для нас Лев Копелев был прежде всего большим другом «Мемориала» (для некоторых – и личным другом). Он одним из первых в русской эмиграции активно поддержал создание «Мемориала», сам в него вступил, и в огромной степени именно его заслуга в том, что наша организация так популярна в Германии. Кстати, в память о нем (Лев Зиновьевич умер в 1997 году) мы придумали проводить «Копелевские чтения» и как раз этой весной провели их впервые. Надеюсь, они станут регулярными.

После Копелева лауреатами оснабрюкской «Премии Мира» были знаменитые писатели из разных стран: чешский писатель Людвик Вацулек (помните: «С какой крыши смотрит Людвик Вацулек?» – фельетон в «Литгазете» времен «Пражской весны»), немецкий драматург Ганс Магнус Энценбергер, израильский публицист Ури Авнери и другие. А в этом году премию получила Светлана Алексиевич, замечательная писательница из Белоруссии, автор знаменитых книг «У войны не женское лицо», «Цинковые мальчики» и многих других. И опять символичное совпадение: ведь Светлана – член жюри нашего школьного конкурса, и мы не случайно попросили ее войти в жюри – ее книги, как и большинство работ наших школьников, строятся на «устной истории» – на рассказах людей о том, как складывались их судьбы, как они видели историю и ощущали ее на себе.

Что касается премии для организаций, которую получило Международное общество «Мемориал» (подчеркиваю, общество в целом, со всеми его филиалами в разных странах и городах, а не какая-то одна мемориальская организация), то в 1997 году лауреатом этой премии стала совместная немецко-чешская историческая комиссия, которая занимается историей весьма сложных отношений между Германией и Чехией в ХХ веке, а в 1999 году – Комитет писателей Ирана. А теперь вот – мы.

Как получилось, что нам присудили эту премию?

В самом Оснабрюке наиболее известна работа «Мемориала» по проблемам остарбайтеров («восточных рабочих» – советских людей, угнанных в Германию во время войны), которых было довольно много в этом городе. Сейчас в разных городах Германии очень интересуются судьбами «своих» остарбайтеров и часто просят нас прислать соответствующие списки. Были много таких просьб и по району Оснабрюка, и мы такие списки посылали.

Совсем недалеко от Оснабрюка находится большой город Мюнстер, с которым мы тоже сотрудничаем, но уже по другой проблеме – немецких военнопленных. Кроме того, Мюнстерский университет, – а это один из крупнейших университетов в Германии, – два года назад провел большую дискуссию относительно будущего Европы; Россию на этой дискуссии представляли в том числе и «мемориальцы». Но это, так сказать, сопутствующие обстоятельства, то, что обеспечило нашу известность в Оснабрюке.

А выдвинул нас на эту премию Бремен, точнее Исследовательский центр по проблемам Восточной Европы при Бременском университете. С бременским центром мы связаны в течение многих лет совместными исследовательскими и архивными проектами (там собран очень интересный русский архив, в частности – значительная коллекция Самиздата). Наши «беллевские стипендиаты» (для тех, кто не знает – с 1991 года проводится конкурс на получение стипендий для молодых российских исследователей, по преимуществу студентов, работающих по «мемориальской» тематике; стипендии учреждены Фондом Генриха Белля, а сам конкурс проводит «Мемориал») тоже несколько раз ездили в Бремен на стажировки. А последний проект Исследовательского центра в Бремене, в котором мы участвовали, – это огромная выставка «Самиздат в странах Восточной Европы». Осенью прошлого года она открылась в Берлине, а в будущем году переедет в Прагу. Так что с Бременом у нас уже много лет поддерживаются плодотворные связи. Примечательно, что один немецкий город номинировал нас на премию другого немецкого города.

Вручение премии было обставлено очень торжественно. Представьте себе: городская ратуша, собралась вся оснабрюкская элита, на стенах – портреты всех бургомистров Оснабрюка в течение многих столетий, а последний из этого ряда – действующий обербургомистр – открывает церемонию. Дальше выступает профессор Райнер Кюнцель – президент университета, он же председатель жюри, и подробно рассказывает сначала о Светлане Алексиевич и ее книгах, а потом о «Мемориале» и его деятельности. Потом речь в честь Алексиевич произнес Андрей Битов, – ну, кто такой Битов, рассказывать незачем. А после Битова – профессор Вольфганг Айхведе, директор Бременского исследовательского центра, рассказывал про нас. Слушать, как профессор Айхведе говорит о «Мемориале», было, не скрою, приятно. Затем – ответные речи, Алексиевич и моя. Вручение грамот, торжественный обед в ратуше.

В денежном выражении премия невелика – 10 тысяч марок. Это, скорее, почетная премия. На ближайшем заседании Правление решит, как этими деньгами распорядиться.

Для меня было важно в этой премии то, что – цитирую по тексту грамоты, – «этим награждением город Оснабрюк отмечает активную работу региональных и национальных отделений общества «Мемориал», направленную на исследование тяжелых пунктов истории, правозащитную активность, а также практическую помощь жертвам репрессий». То есть, премию получили все наши организации, и отмечены были все направления нашей деятельности. И далее: «Своей деятельностью общество «Мемориал» подтверждает слова Эриха Марии Ремарка: "Надо верить в будущее, в лучшее будущее. Человечество хочет мира"».

И на пресс-конференции накануне вручения, и на самой торжественной церемонии, и на состоявшейся на следующее утро встрече с общественностью города, – более широкой и менее формальной, – меня все время просили рассказать о «Мемориале». А как рассказать коротко о том, что мы делаем в разных регионах России? Это же часами можно рассказывать – и все равно не исчерпать тему. В конце концов я придумал, что делать: сконцентрировался на том, что произошло в течение только одной недели, предшествовавшей вручению премии и в дни моего визита. Конечно, «Мемориал» – огромная структура и невозможно знать, что в каком городе когда делается. Главное – везде идет работа и она ни на день не прекращается. Поэтому я вспомнил только самые заметные, самые значительные события.

И мне кажется, что читателю бюллетеня тоже небезынтересно будет бросить взгляд на эту «панораму недели».

Во-первых, в Ленинграде 18 июня началась ежегодная Летняя школа уже поминавшихся мною «беллевских стипендиатов». Проект длится уже 7 лет, и за это время стипендиатами стали 166 человек. На самом деле мы осуществляем его не одни, а вместе с петербургским Центром независимых социологических исследований, потому что из 28 стипендий, которые присуждаются каждый год, 12 даются по историко-просветительской линии, 8 – для тех, кто занимается научными исследованиями по правам человека, и 8 – по социологическим исследованиям (их-то и курирует Центр независимых социологических исследований). Мы передаем информацию о конкурсе на все университетские кафедры и во все «Мемориалы» и собираем заявки: ведь эти стипендии назначаются не за прошлые научные заслуги, а для поддержки планируемых работ. Потом наше жюри называет 20 наших стипендиатов, а социологический Центр – 8 своих. Раньше лауреаты получали стипендии в течение года, теперь в течение полутора лет. И каждый год проводится Летняя школа, где известные российские и немецкие ученые читают лекции стипендиатам, а они делают сообщения о своей работе. В этом году школа проводилась в Знаменке, под Петергофом, и активное участие в этом мероприятии принимал петербургский «Мемориал».

Главная цель стипендиального проекта – побудить молодежь заниматься «мемориальской» проблематикой, помочь талантливым ребятам из разных российских регионов. Кстати, в этом году среди стипендиатов нет ни одного москвича. В первые годы региональные «Мемориалы» очень активно рекомендовали на эти стипендии свою мемориальскую и «околомемориальскую» молодежь, сейчас же активность региональных «Мемориалов» в этой сфере почему-то уменьшается. Гораздо быстрее развивается наше сотрудничество с университетами в регионах. В сентябре мы объявим новый конкурс, а в январе уже будет заседание жюри. Очень бы хотелось, чтобы «Мемориалы» немножко активнее работали с молодежью.

Во-вторых, пятидневная конференция в Варшаве 16–21 июня. Организатор ее – Центр «Карта», наш многолетний польский партнер. Этой конференцией завершается первый этап международного проекта, который идет уже почти пять лет (идея его была выдвинута «Мемориалом» в ноябре 1996 года) – создание «Биографического словаря диссидентов Восточной и Центральной Европы». «Карта» в этом проекте выполняет организационно-административные функции и отвечает за материалы по европейским странам бывшего соцлагеря (кроме СССР); «Мемориал» разрабатывал методическую сторону дела, а также координирует все работы на территории бывшего СССР. Над Словарем работали исследовательские группы из двадцати трех стран. Иногда это были группы, действующие в рамках тех или иных общественных организаций, иногда – независимые группы, специально созданные для работы над Словарем. Для меня главное в этом проекте даже не его научная составляющая, хотя она там довольно сильная: авторам пришлось перелопатить фантастическое количество очень трудных для обработки источников, главным образом самиздатских. Главное, по-моему, то, что это, кажется, единственный гуманитарный проект, в котором сотрудничают исследователи практически из всех посткоммунистических стран. В этом плане он не только является долгом нашей памяти и нашей благодарности участникам Сопротивления, но и нашей работой для будущего. Наши страны сегодня настолько разобщены, прежде всего как раз по историко-психологическим причинам, что только общественные связи, горизонтальные связи, возникающие между разными организациями в разных странах, дают надежду на улучшение обстановки. Вот такие горизонтальные связи и возникли в ходе работы над Словарем: международная сеть исследовательских групп, покрывающая почти весь регион. «У нас было общее прошлое, мы можем его вместе исследовать и вести серьезные дискуссии, а не просто искать правых и виноватых», – вот общественный пафос работы этой сети. И очень приятно, что одной из двух головных организаций проекта наряду с Варшавой является Москва. Представляете себе, как это было трудно психологически – особенно для людей из бывших союзных республик (из стран Балтии, например)? И тем не менее, по достигнутой договоренности все статьи из бывшего советского пространства редактируются в Москве и собираются в единое целое как единый комплекс именно в Москве.

К настоящему моменту эта огромная работа почти завершена. Теперь стоит вопрос, что с ней делать. Если бы мы издали словарь типографским способом, то получился бы огромный, как два тома БСЭ, фолиант. Такое издание – дело весьма дорогостоящее, поэтому сейчас речь идет, во-первых, об издании сокращенного варианта, и, во-вторых, о разных вариантах интернет-изданий. И главное, на конференции договорились о следующем совместном проекте, уже не биографическом словаре, а о «Лексиконе свободы» – энциклопедии диссидентского Сопротивления в Восточной Европе.

Итак, школа в Петербурге, конференция в Варшаве. Но не только это.


19 июня в Москве прошло Демократическое совещание, на мой взгляд – тоже очень важное событие. За «круглым столом» под председательством М.С.Горбачева встретились представители разных общественных сил и договорились о том, что они будут постоянно консультироваться по важным вопросам современной общественной жизни. Это были действительно самые разные и достаточно серьезные силы: от «Яблока», например, был Явлинский, от Союза правых сил – Немцов и Хакамада. Отрадно, что в Демократическом совещании приняли участие не только политические партии, но и неполитические гражданские организации: «Мемориал», КонфОП, Фонд защиты гласности.

Газеты, которые освещали эту встречу, все подозревают формирование чего-то политического, какой-то политической оппозиции,– «под “Яблоко”» или «под СПС». Мы это событие видим совершенно иначе.

Мы – общественная сила, и не самая маленькая. Мы живем в очень сложную эпоху. У нас очень много задач. У нас не очень большие ресурсы. И для того чтобы определять каким-то образом свои пути, чтобы не ошибиться и быть максимально точными, максимально эффективными при наших больших задачах и при наших небольших ресурсах, мы должны постоянно «сверять часы» с другими общественными силами. Поэтому мы рассматриваем это Демократическое совещание как постоянно действующий «круглый стол», носящий консультативный характер. Между прочим, и нам есть что сказать господам политикам, и, судя по тому, с какой охотой они туда пришли, и им есть что сказать нам.

Обмен впечатлениями, консультации для выработки более точной собственной стратегии – вот главная задача этого постоянно действующего «круглого стола», а вовсе не конструирование какого-то политического блока. И ни в коем случае совещание не должно превратиться в какую-то надстройку над участвующими в нем общественными структурами.

Поэтому мы выдвинули предложение, что от имени совещания в целом можно выступать только по вопросам, в которых достигнуто полное единогласие, хотя организации, принимающие участие в совещании, могут, разумеется, делать любые заявления, совместные с кем-то или индивидуальные. Вряд ли такое единогласие возникнет? Действительно, вряд ли. Трудно представить себе какие-то общие решения там, где рядом заседают политические партии, вроде упомянутых выше и, например, такая организация, как Конфедерация обществ защиты прав потребителей, устав которой прямо запрещает какую бы то ни было политическую деятельность. Или «Мемориал», который хотя и действует в сфере идеологии, но не является политической организацией. Или Социально-экологический союз, у которого совсем отдельные задачи и интересы. Так что никаких единогласных решений чаще всего не будет – и слава Богу: иначе сразу появилось бы ощущение какого-то надстроечного органа, которого нет и не должно быть. Но даже на первом – учредительном – заседании было единогласно принято заявление о невозможности принудительного возвращения беженцев в Чеченскую республику и необходимости адресной помощи вынужденным переселенцам.

Для обсуждения на следующем заседании намечены две важные темы: судебная реформа и трудности ее прохождения и жилищно-коммунальная реформа, ее плюсы и минусы, ее трудности и опасности. Ответственным за проведение этого заседания назначен «Мемориал». Это, конечно, не только доказательство нашего авторитета в обществе, но и большая ответственность.

Все три сюжета, о которых я рассказал – это сюжеты, в которых «Мемориал» участвует как целое, как международное (в последнем случае, естественно, российское) общество. Это общие проекты и общие дела, решения о которых принимались в ходе общих обсуждений на Правлении.

Четвертый сюжет, о котором я не мог забыть, особенно находясь в Германии, это та дата, к которой было приурочено вручение премии. 22 июня – это день рождения Ремарка. Но, понятно, для нас 22 июня – особая дата, и не о Ремарке в первую очередь она нам напоминает.

Поэтому четвертое, что пришлось на эту неделю (и на что тоже откликнулась пресса и общественность) – это траурная церемония у Соловецкого камня.

22 июня – 60 лет со дня начала Отечественной войны. Когда в нашей стране отмечают этот день, говорят о героях, погибших на войне, о работе людей в тылу. Это естественно и правильно. Но что неправильно и неестественно, это то, что почему-то никогда не говорят о трагедии людей, которые страдали и погибли в эти годы не от бомб или пулеметного огня на фронте и не от голода или непосильного труда в тылу, а от политического насилия. Об узниках ГУЛАГа времен войны (мы знаем, что во время войны в ГУЛАГе было худо, как никогда). О депортированных народах – российских немцах, калмыках, крымских татарах, народах Северного Кавказа.
О восточных рабочих и советских военнопленных, которые страдали в немецкой неволе, а по возвращении страдали у себя на родине (не только те, кто попал в лагеря, но и те, кого не посадили, – клеймо «неблагонадежности» на них все равно оставалось). Наконец, о жертвах политического насилия с другой стороны: об узниках нацистских концлагерей, об уничтоженных евреях и цыганах.

Вот об этом почему-то 22 июня не принято говорить. Но об этом надо говорить. В тот день шел проливной дождь, который помешал собраться большому числу людей. И все-таки несколько сот человек стояли под этим проливным дождем у Соловецкого камня. Люди выступали, говорили о страданиях, принесенных народам обоими тоталитарными режимами, о вкладе ГУЛАГа в победу и о многом другом. Опять-таки важно не только то, что это не совсем обычное мероприятие состоялось, а то, что мы делали его совместно с другими гражданскими организациями. Соорганизатором митинга был Конгресс российской интеллигенции. Мы обратились и к другим общественным ассоциациям: Организации репрессированных народов, Центру «Холокост», Обществу российских немцев и другим. Все откликнулись. Пришли и возложили венки к камню представители дипломатического корпуса: посол Германии, представители посольств Латвии, Польши.

Все это проходило в одну неделю, о которой я говорил в Оснабрюке.

Конечно, я вспомнил не все. В той же Варшаве подходит к концу работа над очередной книгой по полякам-заключенным Воркуты. В Чечне находится группа наших правозащитников, которая занимается мониторингом ситуации с правами человека в республике. Работают музей и архив, в издательстве «Звенья» заканчивается работа над книгой писем жен репрессированных военных. Проводятся семинары, встречи. Именно об этом всем я думал утром того дня, когда нам вручали эту премию. Именно об этом я думал, когда закончил свое выступление словами: «Я имею нескромность полагать, что мы заслужили эту премию».

Я в самом деле думаю, что мы ее заслужили, мы все, кто работает в разных регионах по разным направлениям, работает много и эффективно.

И вот – удивительный контрапункт, в тот же день, 22 июня. Я имею в виду заявление некоего президентского чиновника, назвавший «Мемориал» крайне политизированной организацией, которая призывает к борьбе с государством. По существу, он обвинил нас в подрывной деятельности.

Конечно, это не более чем клевета. Всюду, где можем, мы стремимся конструктивно сотрудничать с государственными органами. И очень часто из этого сотрудничества получается что-то полезное. Мы, разумеется, сразу же ответили на это заявление. И не потому, что увидели в нем что-то исключительное; подобные нападки, а может быть, даже гораздо более жесткие и несправедливые, будут сопровождать деятельность «Мемориала» и впредь. Но мы еще и просветительская организация и обязаны объяснять людям смысл и цели нашей работы. Поэтому приходится обращать внимание на рецидивы старого советского отношения к независимой общественности, к тому, что кто-то что-то делает, не спросясь и не выстраиваясь «по ранжиру».

Стране нужны еще годы и годы, чтобы привыкнуть к тому, что у нас вообще может существовать по-настоящему независимая общественность. А для осознания того, что эта независимая общественность абсолютно необходима, что без контроля со стороны гражданского общества власть не сумеет устоять перед соблазном и вернется к авторитарным методам управления – для такого понимания, возможно, потребуются десятилетия. Внедрить эту простую мысль в общественное сознание – одна из главных наших задач.

И то, что в попытках контроля за действиями власти многие чиновники видят борьбу с государством, лишь подтверждает, что путь к демократическому обществу в России еще изрядно долог.

 

Арсений Рогинский,
председатель Правления
Международного «Мемориала»