Письмо круглому столу лидеров гражданских организаций

Дорогие коллеги!

Мы все вместе участвовали в подготовке и проведении Гражданского Форума. В результате были созданы так называемые «переговорные площадки», где представители неправительственных организаций и органов власти встречаются для обсуждения важных проблем, стоящих перед обществом и государством, и поиска путей их решения.

Мы хотим поделиться нашей обеспокоенностью и даже разочарованием итогами полугодичной работы одной из важнейших, по нашему мнению, «переговорных площадок», посвященной проблемам соблюдения прав человека в Чеченской Республике. Переговоры проводились:

1) в Чечне – консультации и встречи НПО с представителями командования Объединенной группировкой войск (сил) на Северном Кавказе (ОГВ(с)), комендатуры Чеченской Республики, главами или заместителями глав федеральных ведомств в Чеченской Республике, представителями правительства Чеченской Республики;

2) в Москве – встречи представителей НПО с представителями администрации президента и федеральных ведомств (прокуратура, МВД, МО, ФСБ и др.).

Встречи в Чеченской Республике, получившие название Постоянной рабочей группы, проходили 12 января, 28 февраля и 25 апреля с.г. Единственная пока встреча в Москве прошла 22 марта с.г.

В промежутках между этими встречами поддерживаются постоянные контакты НПО с органами прокуратуры, Специальным представителем президента РФ по обеспечению прав и свобод человека и гражданина на территории Чеченской Республики, военными комендантами.

Со стороны власти организацию таких контактов взяли на себя помощник президента РФ С.В.Ястржембский (преимущественно встречи в Москве) и Специальный представитель президента по обеспечению прав и свобод человека и гражданина в Чеченской Республике В.А.Каламанов (преимущественно в Чеченской Республике).

Со стороны НПО ответственность за организацию таких контактов взял на себя ряд неправительственных организаций: «Мемориал», Союз «Женщины Дона», Московская Хельсинкская группа, Общество российско-чеченской дружбы, Чеченский комитет национального спасения. Естественно, к переговорному процессу привлекался и ряд других НПО, работающих на территории Чеченской Республики и среди вынужденных мигрантов на территории Республики Ингушетия. Сложилось так, что роль координатора среди НПО стал играть «Мемориал».

На первом этапе работы этой «переговорной площадки» нам казалось, что мы можем добиться конкретных конструктивных результатов.

Так, еще в ходе процесса подготовки первой встречи в Чечне наметилось более тесное взаимодействие НПО и органов прокуратуры Чеченской Республики. Появилась договоренность о том, что «Мемориал» будет направлять прямо на факс прокурору Чеченской Республики В.Г.Чернову запросы с изложением фактов нарушений прав человека, требующих срочной реакции прокуратуры. В результате этого в начале декабря 2001 года «по горячим следам» удалось добиться освобождения двадцати незаконно задержанных внутренними войсками жителей села Автуры, и по факту незаконного задержания людей было возбуждено уголовное дело. Впрочем, этот пример быстрой помощи конкретным людям в результате взаимодействия НПО с органами прокуратуры оказался единственным. На первой же встрече в Чечне 12 января выявились кардинальные различия в оценках ситуации с правами человека в Чеченской Республике между представителями НПО и государственных ведомств. Иного ожидать было бы трудно. Мы считали, что при всех этих различиях нужно попытаться совместно выработать реальные меры для защиты населения от незаконного насилия. На худой конец, мы надеялись, что такие встречи облегчат гражданским организациям получение информации (естественно, не закрытого характера) о ходе расследования преступлений, о действиях властей, направленных на улучшение ситуации с правами человека в Чечне, и т.п.

Нас не обескуражило и то, что большинство предложений НПО отвергались представителями власти. Мы были удовлетворены хотя бы тем, что один пакет конкретных мер, предложенных группой НПО на первой встрече в Чеченской Республике, был одобрен всеми присутствующими представителями органов власти, включая и командующего ОГВ(с) генерала В.И.Молтенского. Мы предложили самые простые, элементарные меры:
на бортах бронетехники обязательно наличие номеров;
после окончания «зачистки» списки задержанных с указанием структур, проведших задержание, и мест, куда доставлены задержанные, обязательно предоставляются главам местных администраций;
руководитель досмотровой группы представителей федеральных сил, входящей в дом, обязан представляться хозяевам.

Однако на следующей встрече в Чечне, 28 февраля, выяснилось, что никто эти всеми одобренные предложения воплощать в приказ или иной распорядительный документ не собирается. Нас и это не обескуражило. 22 марта на встрече в Москве мы поставили вопрос о необходимости издания подобного распорядительного документа и получили полную поддержку со стороны С.В.Ястржембского. В результате 27 марта появился приказ командующего ОГВ (с) на Северном Кавказе № 80.

«Мемориал» и Московская Хельсинкская группа в заявлении от 29 марта приветствовали появление этого приказа:

«Правозащитные организации с удовлетворением отмечают, что в приказе командующего, наконец, зафиксированы те самые минимальные требования, с которыми командование Группировкой согласилось еще 12 января этого года на встрече с правозащитниками в с. Знаменское в офисе В.Каламанова. Непосредственно выход приказа № 80 мы связываем также с нашей встречей 22 марта с представителями федеральной власти у С.Ястржембского. Эти контакты правозащитников и власти в Чечне и в Москве стали возможны в результате прошедшего в ноябре 2001 года Гражданского Форума, и Приказ № 80 – их первый итог. <…>

Приказ № 80, в случае его исполнения и соблюдения, может способствовать предотвращению многих тяжких преступлений против мирных жителей Чечни и относительному улучшению там ситуации с правами человека».

Появление приказа командующего ОГВ(с) № 80 стало единственным «сухим осадком», единственным реальным результатом шести месяцев встреч и консультаций представителей НПО и органов власти. Но и этот единственный результат делал весь переговорный процесс осмысленным. Приказ, в случае его исполнения по существу, мог стать заметным шагом в начале пути к улучшению ситуации с правами человека в Чеченской Республике.

«Заметным» этот приказ стал. По радио и телевидению (особенно в Чеченской Республике) представители властей разных уровней многократно сообщали о нем как о значительном прорыве в деле защиты прав человека в Чечне. А в информационном управлении президента России заявили, что «приказ № 80 командующего ОГВ (с) генерала Владимира Молтенского, регламентирующий порядок проведения спецопераций, выбивает последние козыри из рук боевиков, которым все труднее пополнять свои ряды за счет местных жителей».

Однако два месяца, прошедшие с момента его издания, показали, что нормы приказа повсеместно и злостно не исполняются. Ни одна из многочисленных «зачисток» не проводилась в соответствии с положениями этого приказа. По-прежнему не представляющиеся хозяевам сотрудники федеральных силовых структур в масках врываются в дома, оскорбляют и избивают жителей, занимаются грабежами, увозят в неизвестном направлении людей. На бронемашинах нет номеров, местная администрация не привлекается к проведению зачисток. Задержанных избивают и пытают. Никакие списки задержанных главам администраций не передаются. Только одно положение приказа выполняется: теперь от глав местных администраций военные в конце «зачистки» требуют подписать акт об отсутствии к ним претензий. У некоторых из глав администраций хватает смелости отказаться. Очевидно, что все это может происходить либо по прямому приказанию, либо при попустительстве руководителей спецопераций, осуществлявшихся в Чечне в апреле-мае.

Один из них нам известен – генерал Игорь Броницкий, который руководил «зачистками» села Алхан-Кала.

В ходе «адресных спецопераций» «приехавшие на бронетранспортерах люди в камуфляжной форме» по-прежнему похищают местных жителей из домов. Трупы некоторых из похищенных со следами пыток позже находят в заброшенных домах, на опушках рощ и т.п. Особенно нетерпимое положение сложилось в Урус-Мартановском районе.

Вышесказанное подтверждается многочисленными фактами, которые были изложены в запросах, переданных на имя командующего ОГВ(с), прокурора Чеченской Республики и коменданта Чеченской Республики на встрече с представителями этих ведомств 25 апреля.

Важно отметить, что на встрече 25 апреля ни один из присутствующих представителей власти (зам. прокурора ЧР, и.о. коменданта ЧР, военный прокурор, зам. Спецпредставителя президента РФ по обеспечению прав и свобод) не опровергал представленную правозащитниками информацию. Позднее «Мемориал» направлял аналогичные письменные запросы по событиям мая.

Однако добиться ответов на вопросы: что же конкретно предпринимается для того, чтобы приказ выполнялся, кто понес наказание за его злостное нарушение, – не удалось. До сих пор мы не получили и письменных ответов ни от одного ведомства.

Вообще большинство наших запросов, направленных в прокуратуру, остаются без ответов по существу. Раз за разом на встречах в Чечне неправительственные организации передавали запросы о конкретных случаях исчезновений людей, о серьезных преступлениях, совершенных в ходе «зачисток», и т.п.

Но создается впечатление, что эта информация проваливается «в черный ящик». Представители прокуратуры не отвечают нам отказом, «они, безусловно, хотят сотрудничать», но направить конкретные ответы по изложенным нами фактам каждый раз обещают позже. Так, например, до сих пор мы не можем получить информацию, был ли все-таки, наконец, кто-либо привлечен к уголовной ответственности за незаконное задержание двадцати жителей села Автуры в декабре прошлого года. До сих пор так и не предан гласности полный перечень (хотя бы без указания имен и фамилий осужденных) уголовных дел по преступлениям представителей федеральных сил против мирных граждан, по которым судами были приняты решения.

На встрече в Москве все ее участники пришли к выводу, что опубликование такого перечня было бы чрезвычайно полезно: и население Чеченской Республики, и войска увидят конкретные примеры наказаний за преступления.

Однако прокуратура продолжает публиковать «голую» статистику, не указывая, каковы были наказания за конкретные преступления.

Мы еще раз подчеркиваем, что единственным конкретным результатом переговорного процесса стало издание приказа № 80. Но этот приказ злостно не выполняется.

Мы уже слышали голоса – «нельзя в России требовать исполнения приказов немедленно»; нужно время «для раскачки»; нужно идти не спеша – «шаг за шагом». Мы не можем согласиться с таким подходом. Время не терпит!

Речь идет о жизнях людей, о крови. Речь идет о полной потере доверия к власти со стороны жителей Чечни, среди которых крепнет убеждение, что приказ № 80 был издан лишь для создания видимости борьбы с правонарушениями. Если не принять решительных мер для полного и неукоснительного исполнения приказа командующего ОГВ(с) № 80, то эти настроения окончательно укрепятся среди населения Чеченской Республики.

Идти «шаг за шагом» возможно лишь тогда, когда делаются хоть какие-то реальные шаги. Вряд ли можно считать шагом вперед издание приказа, который демонстративно попирается самой же властью.

Подобное развитие событий полностью дискредитирует саму идею «переговорной площадки» по проблемам прав человека в Чеченской Республике.

Мы не хотим и не будем участвовать в создании «потемкинской деревни». Мы не хотим, чтобы «совместная деятельность власти и НПО по обеспечению прав человека в Чечне» была всего лишь ширмой, за которой скрываются прежний произвол и незаконное насилие.

Мы ставим под сомнение осмысленность и оправданность продолжения работы «переговорной площадки» по вопросам соблюдения прав человека в Чеченской Республике в прежнем режиме. Накануне очередной встречи в Грозном, которая должна пройти в июне, мы намерены поставить перед нашими партнерами из органов государственной власти вопрос: либо обмен информацией приобретет, наконец, двусторонний характер и НПО начнет получать ответы по существу (о мерах по исполнению приказа № 80, о наказании должностных лиц, виновных в его нарушении, и т.п.), либо мы прерываем наше участие в таких встречах.

Мы считаем, что власть (если не в Чечне, то хотя бы в Москве) должна быть заинтересована в продолжении подобных консультаций не меньше, чем НПО, хотя бы потому, что вполне очевиден дефицит объективной информации о происходящем в Чеченской Республике. Но, как выясняется, наша информация о неисполнении приказа № 80, переданная в информационное управление администрации президента, лежит там «мертвым грузом» без движения. Со стороны С.В.Ястржембского поступает предложение о проведении следующей встречи в Москве лишь в сентябре. Мол, встречаться имеет смысл лишь после назначения нового Специального представителя президента РФ по обеспечению прав и свобод человека и гражданина на территории Чеченской Республики (нынешний представитель уходит с этой должности). Такое назначение, по-видимому, состоится не раньше сентября. Это тоже является яркой демонстрацией отношения к одной из самых больных проблем прав человека в нашей стране.

Если мы все же будем вынуждены прекратить наше участие в данной «переговорной площадке», то сделаем это максимально гласно, объясняя причины, толкнувшие нас на этот шаг.

Естественно, в любом случае мы будем продолжать, как и до Гражданского Форума, контакты с органами прокуратуры, с военными комендантами и т.п. по конкретным вопросам, по-прежнему требуя от них пресечения массовых нарушений прав человека на территории Чеченской Республики и в прилегающих регионах.

С уважением, Председатель Совета Правозащитного центра «Мемориал», член Правления Российского общества «Мемориал» О.П.Орлов; Председатель Московской Хельсинкской группы Л.М.Алексеева