Споры хозяйствующих медведей

Увеличенное изображение
Споры хозяйствующих медведей
(увеличить)

Эвтаназия или убийство "из жалости"

Министерство по делам печати, телерадиовещания и средств массовых коммуникаций отключило с полуночи в ночь на воскресенье ТВС от вещания на "шестой кнопке".

В сообщении пресс-службы министерства, поступившем в "Интерфакс" поздно вечером в субботу, подчеркивается, что данное решение было "непростым", однако, его не представлялось возможным откладывать из-за финансового, кадрового, организационного и управленческого кризиса на телеканале.

ИНТЕРФАКС 22.06.2003

С прекращением вещания ТВС закончилась борьба государства с коллективом журналистов под руководством Евгения Киселева. Итог: три — ноль в пользу государства. При советской власти и редакторам предписывалось говорить, что статьи, запрещенные Главлитом, были отклонены самой редакцией (История советской цензуры. М., 1999). Это правило на практике часто не соблюдалось, что вызывало недовольство Главлита — власть должна была выглядеть "белой и пушистой": цензуры в государстве нет и в помине, просто редакторы отклоняют "некачественные произведения".Постсоветская цензура использует тот же прием, несколько модифицированный в соответствии с требованиями эпохи рыночных отношений: государство по-прежнему нипричем, просто неквалифицированные менеджеры не справляются с возложенной на них работой, вот и приходится неэффективному хозяину предприятия уступать собственность другому владельцу. Непременным участником такой цензурной схемы, которая получила официальное название "спор хозяйствующих субъектов", является суд, который должен обеспечить переход крамольного СМИ в руки правильного владельца.

На примере НТВ-ТВ6-ТВС мы видим, как формировалась и оттачивалась эта модель цензуры. Когда была начата атака на НТВ, судьи еще выносили решения в пользу журналистского коллектива. Но неожиданно на следующий день судья, вынесший решение в пользу команды Киселева, должен был пересмотреть свое решение. Дело ТВ-6 журналисты практически выиграли, суд вынес решение в их пользу, а апелляцию в высшую судебную инстанцию предполагалось рассмотреть на следующий год, когда прекращалось действие закона, на основании которого ликвидировалась компания. Неожиданно срок рассмотрения апелляции перенесли на 30 декабря, и компания ТВ-6 была ликвидирована. В 2003 году, когда Министерство печати "из жалости" ("из-за финансового, кадрового, организационного и управленческого кризиса на телеканале") абсолютно незаконно прекратило вещание телекомпании, в суд уже никто не подавал. Эвтаназия прошла с согласия пациента.

Модель спора хозяйствующих субъектов использована и в нескольких других акциях против СМИ, и не только против них.

Убирайтесь вон с квартир!

Еще одной разновидностью спора хозяйствующих субъектов является изгнание непокорных СМИ на улицу.

Формальным собственником газеты "Новые известия", которую финансировал Борис Березовский, выступал предприниматель Олег Митволь (о котором мало что известно, кроме того факта, что он занимался торговлей зеленым горошком).

Когда начался сезон охоты на СМИ, предприниматель решил принять в нем посильное участие, предъявив претензии на здание, принадлежащее газете "Новые Известия", и сместив в феврале прошлого года с поста гендиректора главного редактора издания Игоря Голембиовского. При этом г-н Митволь отказался вернуть миллионы долларов, вложенные в газету Березовским. Гражданская позиция Голембиовского уже минимум дважды побуждала власти сместить его с поста главного редактора: в первый раз это сделал Верховный Совет СССР в 1991, но тогда газету "Известия" удалось отстоять. В 1997 году собственниками "Известий" стали лояльные государству компании "Онэксимбанк" и "Лукойл", и команда Голембиовского ушла из "Известий" и основала газету "Новые Известия". Настал черед и "Новых Известий". После смещения Игоря Голембиовского "Новые Известия" перестали выходить.Здание редакции перешло к г-ну Митволю, но собственником газеты он так и не стал. И уже весной 2003 года вместо прежних "Новых Известий" вышли сразу два издания: "Новые Известия" под руководством известного журналиста В.Якова и "Русский курьер" под руководством Голембиовского. Оба издания не стали сервильными и во многом сохраняют политическую позицию прежнего издания, хотя и уступают ему.

Против И.Голембиовского было возбуждено уголовное дело. Голембиовскому инкриминируется преднамеренное банкротство "Новых Известий". Состав преступления, по мнению Генпрокуратуры, заключается в том, что, получая средства на финансирование газеты от Бориса Березовского, И.Голембиовский подписывал векселя на полученную сумму. Предприниматель Олег Митволь, обвиняя Голембиовского в преднамеренном банкротстве, стремится закрепить за собой здание редакции, которое могло бы быть изъято за долги. Какие цели преследует Генпрокуратура, возбудив уголовное дело, остается только гадать.

02.06.2004. Главному редактору газеты "Русский курьер" Игорю Голембиовскому и его заместителю Сергею Агафонову предъявлены обвинения в преднамеренном банкротстве и злоупотреблении служебными полномочиями.

Дело передано в суд.

А Олег Митволь продолжил свою работу в сфере недвижимости, но уже не как бизнесмен, а как государственный чиновник. В качестве заместителя руководителя Федеральной службы надзора в сфере природопользования Министерства природных ресурсов (МПР) Митволь возглавил борьбу с незаконной застройкой лесных участков в Подмосковье. Не странно ли, что именно этот предприниматель получил столь видный пост, предпочел оставить бизнес и заняться сносом домов своих бывших коллег по бизнесу, причем именно в тех районах, где стоимость земли в колеблется в пределах 15 000 — 40 000 долл. за сотку?

PS. Вскоре после событий в Беслане произошла очередная зачистка СМИ, затронувшая уже редакцию "старых" "Известий". Главный редактор издания Раф Шакиров, газета которого опубликовала ужасающие снимки с места трагедии, был уволен. В прессе появлялись сообщения (например, об этом говорила обозреватель "Эха Москвы" Ю.Латынина), что над владельцем газеты В.Потаниным нависла угроза стать следующим после Ходорковского "равноудаленным" олигархом, и что, принеся в жертву талантливого менеджера Шакирова, владелец издания предотвратил осуществление этой угрозы.

Осенью 2003 года была осуществлена попытка захватить здание еще одного оппозиционного СМИ — журнала "Новое время". Здесь случай не столь очевидный — претензии нового собственника были все же не совсем безосновательны, и юридические позиции издания были ослаблены, поскольку один из его менеджеров оказался нечист на руку и попытался продать редакционную собственность. Но все же отметим, что новые собственники здания уповали не столько на закон, сколько на право сильного и что проблемы с собственностью возникают почему-то только у оппозиционных изданий и никогда не возникают у лояльных СМИ. Борьба за здание происходила в несколько этапов и закончилась изгнанием редакции из ее здания. В настоящее время редакции "Нового времени" удалось найти новое помещение и возобновить издание журнала (с 13 июня 2004 г.).

Несколько цитат из серии статей журнала "Новое время" времен "осады":

Среда, 24 сентября, около 23 часов. Телефонный звонок [из редакции]: "В нашем здании сменена охрана... <...> Говорят, что они новые собственники..." Какие собственники? <...>

Ночь со среды на четверг, 25 сентября, около часа ночи. Редакция "Нового времени". "Я понимаю, как вы ошарашены. Но вы поймите, в Москве сейчас такой передел собственности идет – так что ничего удивительного..."

Интересно разве что одно: данным наблюдением поделился со мной не кто иной, как генеральный директор ООО "Примекс" Юрий Германович Рейнеке. Того самого ООО, которое и произвело операцию "Захват".

"Ничего удивительного...". Мне даже показалось, что он хотел меня утешить.

Воскресенье, редакция, 7 часов вечера. Звонок. Катя Болелая, редактор отдела "Общество": "Вадим, нас не пускают в здание..." <...>

Три сотрудника редакции, включая коммерческого директора, пришли на работу в тот момент, когда средненизовой слой бандитского капитализма уже принял решение в рамках отведенных ему полномочий. <...> Нет. Решение принято. Я пытаюсь вернуться в кабинет, но, кажется, поздно: лифт уже отключен, лестница заблокирована. <...>

Нам показывают, как с нами будут воевать. Связываюсь с "Эхом Москвы" и РТР. Вызываю милицию, которая неожиданно быстро прибывает, нерешительно топчется. Ведь начальник московского ГУВД распорядился не вмешиваться в споры хозяйствующих субъектов. Но они все-таки расчищают для меня путь, я укрываюсь в приемной редакции. Наш системный администратор Дмитрий Соколов счастливейшим образом успевает проскользнуть в уже закрывающуюся дверь. Уже вибрируют лестницы всех трех этажей под могучими шагами охранников, вот они уже перед нашей стеклянной дверью, но она заперта изнутри и ключей от нее у них нет – это мы знаем точно.

Воскресенье, редакция, 9 часов вечера.

Мы за стеклом, и те, кто по другую сторону, разглядывают нас с бешенством.<...>

"Эхо" и РТР сделали то, к чему наши оппоненты, кажется, не были готовы совершенно. То есть они, конечно, понимали, что наш спор хозяйствующих субъектов едва ли удержится за установленной ими новой железной дверью. <....>

Украсть здание – это <...> значит, что нужно провести предварительную работу, перекупить знающих ситуацию людей, собрать компромат, поработать с судом, проплатить соответствующего чиновника, разработать силовое обеспечение. В общем, ничего нового, но только теперь на каждом участке работают испытанные профессионалы, это окончательно стало разветвленной инфраструктурой, со своим рынком услуг и своими расценками, со своими авторитетами и своей конкуренцией. <....> И им совершенно неинтересно про свободу слова.

Им пока, правда, еще не нравится, когда новость об очередном проекте становится хоть на день новостью номер один, но это с непривычки и скоро пройдет.

Процесс почти завершен, и дело вкуса, как называть это завершение – окончательным закостенением или полной победой бандитского капитализма. <....>

Понедельник, 29 сентября, редакция, 8 часов вечера. Мы, честное слово, не знаем, что будет дальше...

PS 29.11.04. Здание телеграфа, где находится редакция "Нового времени", вновь стало местом "Спора хозяйствующих субъектов"...

Сценарий спора хозяйствующих субъектов предполагает имитацию финансовой несостоятельности неугодного СМИ. Поэтому для реализации такого рода акций необходимо ликвидировать источники финансирования СМИ, независимые от государства (именно поэтому, вероятно, Березовский не стал формальным собственником "Новых Известий", что, впрочем, редакции издания мало помогло).

В этом году был предпринят ряд шагов против независимого капитала (о деле компании ЮКОС см. на с. 57). Отметим, кстати, что и в деле ЮКОСа поначалу была предпринята попытка имитировать спор хозяйствующих субъектов.

С той же поистине медвежьей грацией был осуществлен захват здания Фонда Сороса, финансировавшего не только российскую науку и образование, но и многие правозащитные организации и независимые СМИ.

PS На cрочную телеграмму, отправленную на утро после захвата активистами "Мемориала", Генпрокуратукра ответила через...40 дней.

Предлагаем читателю ознакомиться с выдержками из заявления ряда правозащитных организаций относительно захвата Фонда Сороса от 12 ноября 2003 года.

Генеральному прокурору РФ
Министру внутренних дел РФ
ОБ ОГРАБЛЕНИИ РОССИЙСКОГО ФОНДА СОРОСА

На протяжении нескольких предшествующих лет на наших глазах под видом "споров хозяйствующих субъектов" уничтожались независимые СМИ.

На прошлой неделе мы стали свидетелями попытки уничтожения под тем же предлогом одного из ключевых центров российской благотворительности — Института "Открытое общество" (Фонда Сороса). <...>

Организация налета напоминает хорошо продуманную "спецоперацию".

Несколько групп нападающих в камуфляжной форме — одни проникают, разбив окно (вскоре вставленное), в здание, нейтрализуют охрану (в т.ч. дубинками с элетрошоком), блокируют видеозаписывающую аппаратуру, открывают дверь другой группе, которая начинает проводить тотальный обыск всех помещений, наконец, вступает в действие третья — самая большая — группа, упаковывающая изъятые документы в специально приготовленные коробки. Одновременно специально ожидавшие своего часа шесть машин-эвакуаторов освобождали двор от автомобилей фонда, расчищая место под грузовики, которые затем вывозили награбленное в неизвестном направлении.<...> И все это без предъявления каких-либо ордеров или постановлений. На протяжении всего многочасового действа сотрудники фонда пытались вызвать представителей прокуратуры — от районной до Генеральной, представителей милиции — от райотдела до Министерства внутренних дел.

Единственный прибывший на место подполковник из ОВД "Замоскворечье" заявил, что не видит в происходящем ничего особенного, дежурно сослался на "спор хозяйствующих субъектов" и укатил.

Так в центре Москвы при демонстративном невмешательстве органов правопорядка и прокуратуры был ограблен фонд, полтора десятилетия неустанно поддерживавший развитие правового государства в России.

Зачем все эти тонны документов и десятки компьютеров были вывезены?

Кому и зачем они понадобились?

<...> Документы фонда, в том числе сведения об организациях и персональные данные на многие тысячи российских интеллигентов и организаций, так или иначе с фондом взаимодействовавших, — лакомый кусок не только для отдельных бандитов или бандитских группировок, но и для многих служб, занимающихся сбором информации о независимых институтах российского общества, да и просто о гражданских активистах.

Обстоятельства ограбления хотя и не дают возможности прямо утверждать, но все-таки не могут не навести на предположение, что здесь не обошлось без прямого или косвенного участия государственных структур или их чиновников. <...>

Каждый день убеждает нас в том, что никто в нашей стране не защищен от произвола (бандитского, государственного, совместного) — ни частный человек, ни общественная организация, ни коммерческая компания, ни — теперь — благотворительный фонд, сделавший так много для России. <...> Мы напоминаем Вам, что именно Фонд Сороса пришел на помощь российской науке, школе, культуре, просвещению в самые трудные для экономики страны 90-е годы.

Что эта помощь не ослабевала в течение многих лет. <...>

Мы выражаем глубочайшее возмущение поведением правоохранительных органов во время налета на фонд. За искусно выстроенным фасадом грабежа с "хозяйственным интересом" мы не можем не разглядеть целенаправленной атаки на ценности свободы, права и культуры, которые всегда отстаивал Институт "Открытое общество" — Фонд Сороса.

Мы требуем немедленного и гласного расследования этой истории!

Мы требуем предпринять все возможное для немедленного возвращения Институту "Открытое общество" всех изъятых документов!

Алексеева Л.М. Председатель Московской Хельсинкской группы
Аузан А.А. Президент Института национального проекта "Общественный договор"
Ганнушкина С.А. Председатель Комитета "Гражданское содействие"
Забелин С.И. Сопредседатель Совета Международного Социально-экологического союза
Рогинский А.Б. Председатель Правления Международного историко-просветительского, правозащитного и благотворительного общества "Мемориал"
Симонов А.К. Президент Фонда защиты гласности
Народная Ассамблея

Увеличенное изображение
Сайт Левада-центра http://www.levada.ru
(увеличить)

Не должно сметь свое суждение иметь

Сценарий спора хозяйствующих... сами знаете кого, был востребован в еще одной акции властей — переподчинении Всероссийского центра изучения общественного мнения. Непосредственной причиной, возможно, стали несвоевременные сообщения центра о снижении рейтинга партии "Единая Россия", но деятельность ВЦИОМа под руководством Юрия Левады давно раздражала власти, например, публикация информации о том, что большинство населения не поддерживает политику властей в Чечне.

В соответствии с известным оруэлловским лозунгом "свобода – это рабство", огосударствление Центра было представлено как приватизация, но если раньше федеральное государственное предприятие ВЦИОМ не подчинялось правительству и находилось на полном самообеспечении, то приватизированный Центр изучения общественного мнения был подчинен Министерству труда и занятости.

Впрочем, подавляющее большинство сотрудников ВЦИОМа уволилось из огосударствленного предприятия и создало независимую аналитическую службу ВЦИОМ-А. Давление на социологов продолжалось. Государственная компания ВЦИОМ подала в суд на независимую аналитическую службу за незаконное использование бренда "ВЦИОМ". ВЦИОМ-А сменил название. Теперь эта компания называется "Аналитический центр Юрия Левады" или коротко: "Левада-Центр"
http://www.levada.ru.

Увеличенное изображение
Обложка учебника Долуцкого "Отечественная история", М., 2003"
(увеличить)

А жизнь текла
по-старому, по–старому,
Лишь только крутят новое кино

Не только масс-медиа подвергались в прошлом году воздействию цензуры, кинематограф также пострадал от нее.

Если у редакции СМИ пытались отобрать здания, то двери кинозалов сами захлопнулись перед оппозиционными фестивалями.

Киноцентр на Красной Пресне, где, в соответствии с положениями заблаговременно подписанного договора, 2, 3 и 4 октября 2003 года планировалось проводить показы фильмов о Чечне, отказал фестивалю в предоставлении зала.

По сведениям Аллы Гербер, президента фонда "Холокост", самому киноцентру также угрожали "спором хозяйствующих субъектов":

Киноцентр сейчас находится в очень сложном положении, и есть много желающих заполучить Киноцентр.

Я знаю людей, которые работают в Киноцентре, — поверьте, они не просто так вот, за чашкой кофе, решили отказать в проведении фестиваля.

Уже то, что они согласились на фестиваль, это смелый шаг с их стороны.

Нельзя обвинять их. Решение отказать в проведении фестиваля далось им очень тяжело, и понятно, что они сделали это под давлением.

Решение отказать в проведении фестиваля далось им очень тяжело, и понятно, что они сделали это под давлением.

В результате показ фильмов о Чечне состоялся в небольшом зале Музея и Центра имени Андрея Сахарова.

В том же году Дом Кино поначалу отказался предоставить помещение для проведения правозащитного фестиваля "Сталкер", много лет проходившего в этом здании (впрочем, международный резонанс заставил дирекцию Дома Кино пересмотреть свое решение и согласиться на проведение фестиваля).

И мальчики не слышали про Сталина,
и в школах не проходят про него

The Washington Times от 29.01.2004

Учебник Игоря Долуцкого "Российская история в XX столетии" запрещен министром образования Владимиром Филипповым. <...> Из-за этого учебника Кремль потребовал пересмотра всех учебников истории к 1 февраля.

По мнению министра, в них не должно быть "псевдолиберализма, направленного на искажение фактов российской истории". (Известия науки от 1 февраля 2004 г.)

По словам Долуцкого в эфире радиостанции "Эхо Москвы", "гнев министра вызвало много проблем, которые освещаются в учебнике, но главное, – одно из заданий", где ученику предлагается сопоставить два высказывания и определить, правы ли их авторы. <...>

Одно высказывание принадлежит "Буртину, который писал, что в России произошел государственный переворот после избрания Путина и следствием является режим личной власти Путина, авторитарной диктатуры, — сообщил автор учебника. Вторая цитата — высказывание лидера "Яблока" Явлинского, который полагает, что уже в 2001 году в России оформилось полицейское государство". "Дальше у меня идет задание: попытайтесь либо опровергнуть, либо подтвердить изложенные точки зрения, подберите факты", — подчеркнул Долуцкий.

"Однако,– добавил автор учебника,– министр процитировал только два высказывания без задания, и, обращаясь к коллегии, сказал: видите, за кого теперь будет голосовать избиратель". <...>

Президент Путин, из-за характеристики которого в учебнике истории Долуцкого и разразился скандал, в своем заявлении о преподавании истории в школе и содержании школьных учебников, не упоминая конкретно Долуцкого, фактически поддержал действия чиновников, запретивших учебник.

"Мы продолжаем радоваться тому, что ушли от однопартийности и моноидеологического освещения истории нашей страны. Однако нельзя допустить впадения в другую крайность... В этих учебниках должны излагаться факты истории, они должны воспитывать чувство гордости за свою историю, за свою страну", – сказал Владимир Путин.

Первое издание учебника Долуцкого относится к 1993 году. Долуцкий напомнил: "За десять лет учебник вышел в двух частях тиражом полмиллиона экземпляров".

Как сообщает сайт Polit.Ru, еще до скандала с учебником Долуцкого:

Аналогичные проблемы возникли сначала с учебником А.Кредера по новейшей истории (не России, а всеобщей). Ветеранам – точнее, тем, кто берет на себя смелость выступать от их имени, — не понравилось то, что там сюжеты Великой Отечественной освещались меньше, чем военные действия на других фронтах Второй мировой. Министерские чиновники не захотели связываться и объяснять, что для нашей истории есть свои, отдельные учебники, и сняли возмутивший гриф.

Нужны ли комментарии?

Вместо комментария предлагаю читателю старый политический анекдот:

Встречаются два члена политбюро.
— Как ты думаешь,– говорит один, — какое будущее у нас будет лет через пять?
— Да ты что?! — ужасается второй, — я даже не знаю, какое прошлое у нас будет лет через пять!